В поисках смысла происходящего в мире (efimov_m_v) wrote,
В поисках смысла происходящего в мире
efimov_m_v

Про богатство без труда



Хотелось бы в некотором смысле продолжить комментирование заинтересовавших отрывков из романа Л.Н. Толстого "Анна Каренина". Так вот в этот раз речь пойдет про нечестный капитал без труда и железные дороги.

Приведу один из диалогов между старыми друзьями, дворянами Стивой Облонским и Константином Левиным:

Облонский рассказал про прелесть охоты у Мальтуса, на которой он был прошлым летом. Мальтус был известный железнодорожный богач. Степан Аркадьич рассказал, какие у этого Мальтуса были в Тверской губернии откуплены болота, и как сбережены, и о том, какие экипажи, догкарты, подвезли охотников, и какая палатка с завтраком была раскинута у болота.

— Не понимаю тебя, — сказал Левин, поднимаясь на своем сене, — как тебе не противны эти люди. Я понимаю, что завтрак с лафитом очень приятен, но неужели тебе не противна именно эта роскошь? Все эти люди, как наши откупщики, наживают деньги так, что при наживе заслуживают презренье людей, пренебрегают этим презреньем, а потом бесчестно нажитым откупаются от прежнего презренья.
<...>
— Нисколько, — Левин слышал, что Облонский улыбался, говоря это, — я просто не считаю его нисколько не более бесчестным, чем кого бы то ни было из богатых купцов и дворян. И те и эти нажили одинаково трудом, умом.

— Да, но каким трудом? Разве это труд, чтобы добыть концессию и перепродать

— Разумеется, труд. Труд в том смысле, что если бы не было его или других ему подобных, то и дорог бы не было.

— Но труд не такой, как труд мужика или ученого.

— Положим, но труд в том смысле, что деятельность его дает результат — дорогу. Но ведь ты находишь, что дороги бесполезны.

— Нет, это другой вопрос; я готов признать, что они полезны. Но всякое приобретение, не соответственное положенному труду, нечестно.

— Да кто ж определит соответствие?

— Приобретение нечестным путем, хитростью, — сказал Левин, чувствуя, что он не умеет ясно определить черту между честным и бесчестным, — так, как приобретение банкирских контор, — продолжал он. — Это зло, приобретение громадных состояний без труда, как это было при откупах, только переменило форму. Le roi est mort, vive le roi! (Король умер, да здравствует король! (франц.)) Только успели уничтожить откупа, как явились железные дороги, банки: тоже нажива без труда.


Обогащение без труда названо ЗЛОМ классиком русской литературы, мнение, которого выражает в романе Левин. Сегодня люде по-разному к этому относятся, но эти строки не потеряли свою актуальность, а писались они в 70-е годы XIX века, т.е. после отмены крепостного права. Можно назвать это рассуждениями за всё хорошее. Но кто бы знал, как это больно аукнется через несколько десятков лет, в Первую мировую войну.

Академик Леонид Васильевич Милов в своей книге "История России XX-XXI веков" посвятил один из разделов кризису на российских железных дорогах в эту войну. На начало войны наши железные дороги отставали от германских и австро-венгерских количественно и качественно. Наши ж/д были короче в 11 раз, чем в Германии, и в 7 раз, чем в Австро-Венгрии. Но только ли в этом была причина кризиса? Как использовалось то, что имелось?

В 1915 г. произошло полное расстройство железнодорожного транспорта. Оно было вызвано, во-первых, отступлением армии, сопровождавшимся перемещением военных складов, техники, массовой стихийной эвакуацией предприятий, людей из западных и юго-западных областей империи. Во-вторых, широкая мобилизация промышленности для работы на оборону вызвала усиленные перевозки топлива, сырья, продовольствия. Рост заводского строительства увеличил перевозки строительных материалов, оборудования, топлива.

В итоге были нарушены все графики движения, что привело к снижению вывоза топлива, металла, продовольствия из производящих районов... Коренное оздоровление железнодорожного транспорта требовало пополнения дорог рельсами и подвижным составом, убыль которого в ходе военных действий увеличивалась. Однако план производства рельсов, паровозов и вагонов срывался из-за нежелания заводчиков заниматься неприбыльными по сравнению с военными заказами.


Проблема была системная, частный капитал наживается в войну не только на рельсах, но и на махинациях железнодорожных агентов:

Органы, на которые возлагалось обеспечение бесперебойной работы транспорта, перешли к регулированию перевозок важнейших грузов на основе соответствующих разрешений — «литеров».
<...>
Кроме того, выдача литеров производилась нередко за взятки. Об этом М. В. Родзянко сообщал Николаю II в начале 1917 г. Он отмечал, что «развились крайние злоупотребления железнодорожных агентов, система сложного взяточничества, которая одна только действует сколько-нибудь удовлетворительно. В стране сложилась горькая поговорка, что лучше всего сейчас возить товары на литера Д (деньги).»
К началу 1917 г. железнодорожный транспорт находился в глубочайшем кризисе, что пагубно сказывалось на общем состоянии страны и ее обороны.

Вот так. В итоге потребность в ж/д транспорте в войну удовлетворялась лишь на половину, что, естественно, сказывалось на ситуации на фронте, но при этом отлично набивались карманы богачей. Презренный нарождающийся класс-паразит, состоящий таких Мальтусов, богатеющих без труда, дошел до полнейшего бесчестия. Видим ли мы в этом уроки для сегодняшнего дня?

Tags: Литература
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments